Завуч и основатель брисбенской прицерковной Св. Серафимовской школы Надежда Александровна Дригина была, мягко говоря, отчаянная монархистка и, конечно, испытывала неописуемый восторг, когда нашей школе выделили место для «встречи» с недавно вступившей на британский трон Ее Величеством Елизаветой II.
Встреча состояла в том, что всех школьников согнали на стадион Королевской сельскохозяйственной и промышленной выставки Квинсленда, чтобы мы показали свою лояльность королеве, размахивая флажками и громкими криками «Ура!». Готовились мы несколько недель. Родителям пришлось шить нам русские косоворотки, сарафаны. Ведь мы были «представителями Российской империи»...
Мама сшила мне белую атласную косоворотку, обшитую кантиком с рисунком. Кантик был вместо вышивки, а вместо пояса достала где-то синий с красным шнур для штор с кисточками. Эта косоворотка потом пригодилась мне для выступлений в школьных постановках.
Вот таких нарядных нас вывели в австралийский солнечный день в «открытое поле» приветствовать Ее Величество... Вроде как пионеры на встречу со Сталиным. Конечно, такое сравнение тогда не только говорить, но даже думать было никак нельзя.
Не помню, сколько мы стояли в рядах, но кажется несколько часов. И это без шапок, без зонтиков и без воды. Сейчас это бы вызвало бурное возмущение и протесты. А тогда было «ничего особенного». Даже дали на травку присесть в ожидании. И каким это чудом не было ни у кого солнечного удара, не знаю. Сейчас бы половина группы лежала в обмороке. Что скажешь: «Да, были люди в наше время...»
И вот, наконец, ОНА! Худенькая молодая женщина в летнем платье, стоящая в открытом военном внедорожнике рядом со своим мужем, принцем Филиппом. Проехала на скорости мимо, помахав нам ручкой в ответ на вопли восторга и яростное махание австралийскими и британскими флажками. Она-то, проехав по рядам, исчезла со стадиона, а нас, деток, всю эту огромную толпу в семьдесят тысяч, включая и наш русский контингент, потом еще час выводили с поля.
После этого я стал тайным республиканцем на много лет. Тайным, потому что в «логове белогвардейцев» чревато высказывать «антимонархические лозунги», особенно когда тебе десять лет.
Прошли года и мне, «республиканцу», пришлось по работе принести клятву королеве; исчезла Надежда Александровна и ее поколение, оставив за собой в наших сердцах любовь и уважение к ним, и благодаря их стараниям, любовь к русскому языку, литературе, истории. Я до сих пор могу цитировать Пушкина, Грибоедова, Есенина, хотя, если признаться, память время от времени и отказывает.
Многие мои одноклассники уже сошли со сцены. Скончалась казавшаяся вечной и королева Елизавета II, но до сих пор помнится тот солнечный день и радостное лицо нашей милой и доброй Надежды Александровны...
“The Queen is dead. Long live the King!” Отвечая зычным медным басом на пушечные залпы, «Севастопольский колокол», русский пленник времен Крымской войны, оповестил миру, с башен замка Виндзор о конце семидесятилетней Елизаветинской эпохи. Один удар на каждый год жизни Ее Величества...
Всего 96 ударов, «Бомм, Бомм», на каждый пушечный салют. Когда-то в Крыму, в Балаклаве, он призывал православный люд прийти помолится Богу в храм «Двенадцать апостолов». Сейчас, волею судьбы, он горемычный молчит, и только при смерти помазанников английского престола он призывает людей всех вероисповедований к покаянию, напоминая о бренности жизни всех людей, даже великих мира сего...
Королева, давши при восхождении на трон обет служить народу, скрупулезно его исполняла до самого последнего дня своей жизни. А её подданные, и не только, ответили ей любовью и уважением, той памятью, которая будет жить в их сердцах, тогда как рвущиеся к власти, деньгам и славе президенты, секретари и премьер-министры оставят после себя лишь развеянный прах. «Царство небесное, Лиза», так звала её моя бабушка.
Константин ДРОЗДОВСКИЙ
