Russian newspaper in Australia
Русская газета в Австралии. Издаётся с 1950 года

Непридуманные истории иммигрантов

Какова жизнь в Австралии? Мнение тех, кто совсем недавно переехал, зачастую весьма отличается от точки зрения старожилов. Ведь с годами первичное нагромождение самых разнообразных и даже полярных впечатлений постепенно укладывается на свои места и все более четко обрисовывается реальная картина и факты, которые оказываются действительно главными и важными. Корреспондент «Единения» Дарья Мстиславцева пообщалась с нашими соотечественниками, приехавшими в Австралию в разное время. Перед вами четыре непридуманные истории, четыре личных рассказа об интеграции в жизнь в новой стране.

Кротова Яна (в Австралии 4 года)
С Яной мы знакомы давно. Четыре года назад мы одновременно приехали в Сидней после окончания российской школы для того, чтобы начать новую жизнь на Зеленом континенте. Мы встретились на курсах подготовки к университету.
Я помню волнение и восторг того дня, когда мы впервые переступили порог языковой школы. Тогда пришло осознание, что впереди очень трудный, но и такой интересный путь адаптации к новой стране. С другим языком, в переплетении самых разных культур, и абсолютно самостоятельно. «Сказать, что это приключение было сложным и полным вызовов самой себе — не сказать ничего», — делится Яна.
Девять месяцев мы жили в принимающих семьях, учили английский, ездили в поездки, веселились, изучали новый мир вокруг нас и его правила. Потом поступили в Университет Технологии Сиднея (UTS): я — на журналистику, а Яна — на бакалавриат бизнеса и финансов с использованием информационных технологий).
Сегодня, когда мне до окончания университета осталось две недели, а Яна уже получила свой диплом, мы встретились и за чашкой кофе вспомнили пройденный путь. Не верится, что четыре года пролетели так быстро.
«В эти годы было все: бесконечные рабочие часы, бессонные ночи в подготовке к зачетам, и времена, когда хотелось просто все бросить и уехать…», — говорит Яна. Во время учебы девушка сама себя обеспечивала, работая в кафе и ресторанах, а под конец курса университета прошла стажировку и впоследствии даже получила приглашение на работу в крупной финансовой компании. Она признается, что когда-то о таком и мечтать не могла.
На вопрос о том, есть ли ностальгия по России, Яна говорит, что скучает не по стране, как таковой, а по людям, которых, скорее всего, еще долго не увидит.
«Самое главное — я справилась со всеми трудностями. Я так повзрослела… Приобрела друзей на всю жизнь. В планах — получить австралийское гражданство, поработать как в сфере информационных технологий, так и финансов, окончить магистратуру для повышения квалификации и в будущем, если все успешно сложится, основать свою компанию».

Виктория Элджи (в Австралии 14 лет)
Виктория (после замужества Элджи, Elgey) родилась и выросла на Украине. После школы девушка окончила русский филологический факультет, но в то время Советский Союз начал разваливаться, и ее учеба оказалась «никому не нужна». Было принято решение переехать вместе с маленькой дочкой в Израиль, где вскоре Виктория познакомилась со своим будущим мужем-австралийцем. После свадьбы новая семья окончательно переехала на Зеленый континент.
«Адаптация у меня была, как у всех, наверное, примерно 4–6 месяцев эйфории, потом депрессия… потом начинаешь привыкать. Хотя, на самом деле, я уже 14 лет привыкаю», — рассказывает Виктория. Вскоре после переезда она начала искать возможности для самореализации в англоязычной стране, что с русским гуманитарным образованием оказалось совсем нелегко.
«Поначалу мы жили в западном Сиднее, в районе Блэктаун. Там была русская школа, в которой оказалось вакантное место после выхода предыдущего директора на пенсию. И я осталась там на 3 года. Школа была небольшая, детей учили чему могли и как могли. Мы отмечали все праздники, устраивали утренники, детскую елку… Но впоследствии, когда муж получил работу в Куме (Cooma, город недалеко от Снежных гор), это все осталось в прошлом, к сожалению. Я пыталась разузнать насчет востребованности русского языка в Австралии, и что можно сделать для подтверждения профессии, но у нас вскоре родился маленький мальчишка, и вот как-то не получилось ничего больше». Виктория так и не смогла применить свое филологическое образование, но зато сейчас она владелица собственного кафе.
Я поинтересовалась, удается ли ей сохранить русский язык у детей, и есть ли вообще такая цель: «Нашей старшей дочке 22, русский язык для нее был родной, но со всеми нашими переездами он стал теряться. Сохранить хоть что-то помогли моя настойчивость в этом деле и посещение дочкой русской школы в Сиднее. В итоге, она даже заканчивала школу и делала HSC (выпускные экзамены) по русскому языку. А мальчишка наш, в свои 12, может читать, разговаривать по-русски — но заставить его это делать очень сложно».
Виктория говорит, что в Австралии ей больше всего нравится безопасность и уверенность в завтрашнем дне, а также какие-то материальные блага, которые, по ее словам, не идут ни в какое сравнение ни с Украиной, ни с Россией.
«Что не нравится — это то, что Австралия далековато от всего находится. Была бы в Европе, можно было бы летать домой в гости… А еще здесь люди очень зациклены на самих себе и редко когда удается какие-то вечеринки устраивать, вместе собираться. У всех дела, заботы… Здесь, как у доктора — надо назначать встречу за полгода вперед (смеется). Но это совсем другой менталитет, поэтому я вообще-то и не жалуюсь».
Подводя итог прошедшим годам в Австралии, Виктория говорит, что, когда она встретилась со своим будущим мужем, ей очень хотелось построить свою семью и быть с человеком, которого любишь. «Амбиций особых не было, хотелось по-женски счастья и уюта — и это все сейчас есть с лихвой. О карьере я не особо задумывалась, мне пришлось с нуля осваивать новую профессию и язык.
Я — гражданин Австралии и люблю эту страну. И, хотя иммигрантом я себя здесь не чувствую (здесь все такие) — все же, часто чего-то очень не хватает. Например, я знаю, что очередной мамин день рождения проведу здесь… Но все хорошо не бывает на сто процентов, всегда за что-то приходится расплачиваться».

Мария (в Австралии более 11 лет, имя изменено)
Как утверждает сама Мария, случай у нее нетипичный: в то время, как множество русских девушек приезжают в Австралию в качестве невест или жен, она сама переехала, «зацепилась» и осталась.
«Идея переехать была не моя. У меня был молодой человек в России, который мечтал об Австралии, и мы решили переезжать вместе. Но, поскольку уровень языка у меня был гораздо лучше, мы решили, что сначала я приеду, поучусь, получу гражданство, а он следом „подтянется“.
Мария приехала одна и никого в новой стране не знала. „У меня была учеба в университете и комнатка в общежитии, это все. Хороший, как я считала, английский оказался недостаточно хорошим для изучения финансов, и тут уж язык пришлось подтягивать по ходу обучения.
Друзей не было, приходилось заново начинать дружить с людьми, завязывать знакомства, потом искать работу сразу после университета… Я как раз закончила обучение в разгар кризиса — самое подходящее время, конечно, искать работу в сфере финансов (смеется). Но я нашла работу, получила гражданство и осталась. А с тем молодым человеком так и не сложилось“.
Мария ценит Австралию за возможности, особенно для женщин. Ей кажется, что в Австралии возможностей для развития и самореализации гораздо больше. „В России, к сожалению, до сих пор еще женщине очень сложно сделать карьеру и чего-то добиться самой — если нет знакомых, родственников в каких-нибудь структурах… Это очень тяжело. В Австралии я не могу сказать, что полное равноправие, но гораздо ближе к этому.
Конечно, мне нравится погода, что уж тут — я из Санкт-Петербурга… (смеется). Там у нас всегда дожди. В Сиднее же очень солнечно и тепло. Люди в основном открытые, доброжелательные. Мне кажется, я сама научилась гораздо больше улыбаться. В России все немножко хмурые и пессимистично настроенные… Здесь гораздо более оптимистичный взгляд на жизнь“.
Сейчас Мария замужем и растит маленькую дочку. Она не жалеет о том, что когда-то нашла в себе смелость одной перелететь океан. „Не могу сказать, что останусь здесь навсегда, но я бы хотела, чтобы мой ребенок рос здесь. Конечно, мы будем ездить в Россию, я буду прививать культуру и русский язык моему ребенку, но жить — здесь“.

Мохов Всеволод Михайлович (в Австралии 22 года)
Всеволод Михайлович — химик по образованию, родился и жил в Тбилиси, работал руководителем научной лаборатории.
В 1995 году, в возрасте 69 лет, он приехал к своим дочкам в Аделаиду на постоянное жительство.
„Английский я изучал в школе, институте и аспирантуре, что позволяло читать и переводить научно-техническую литературу. А вот разговорной практики у меня не было,- рассказывает Всеволод Михайлович. — В Аделаиде у меня было много друзей и знакомых из моей прежней жизни в Тбилиси. В Русском доме Аделаиды я познакомился с русскоязычной общиной. И вот после этого все пошло-поехало“.
В Аделаиде Всеволод Михайлович принимал активное участие в общественной жизни: выступал в литературном обществе, играл в русском театре. Творческая деятельность помогла Всеволоду Михайловичу раскрыть таланты и способности, на которые не хватало времени всю прежнюю жизнь.
„Сначала я выступал со своими рассказами — хотя никогда писателем не был, всю жизнь только научные отчеты составлял… Это были небольшие юмористические зарисовки из жизни. А потом наступил театральный период. Однажды Аделаидскому театру „Антитеза“ нужно было найти замену одного актера. Руководитель и режиссер театра Наталья Миллс предложила мне небольшую роль. К моему удивлению, пробу я прошел! Так, второй раз в жизни, я вышел на сцену (первый был в 1943 году на выпускном концерте в Тбилисской консерватории). Роли в театре „Антитеза“ были у меня самые разные — то я играл матроса, то грузина Лаврентия (как уроженцу Тбилиси, мне она удалась без особого труда!), священника, английского джентльмена и даже Воланда в спектакле по мотивам „Мастера и Маргариты“ Михаила Булгакова. Однажды были на гастролях в Канберре, где нас очень тепло приняла небольшая русскоязычная община. Я получал от всего этого большое удовольствие“.
Скучает ли Всеволод Михайлович по родине?
„Я могу сказать, что почти каждую ночь мне снится родной Тбилиси, мой двор, квартира, работа… А ведь дома, в котором я жил, уже давно нет, но в памяти он остался и продолжает жить… Вспоминаю отца, маму, соседей, которых тоже уже нет… Но это не ностальгия, это просто особенность мозга, памяти. В нашем доме итальянского типа, с внутренним двором и балконами, проживало около 50 семей, и жильцы могли видеть и переговариваться друг с другом с балконов“.
Австралия нравится Всеволоду Михайловичу прежде всего своим спокойствием и дружелюбием населения. „Удивительная страна. Все вежливые, предупредительные, улыбчивы… Ну, и условия жизни для меня коренным образом изменились, естественно. Вспоминая, что было в детстве — наши неудобства всевозможные, на которые мы смотрели, как на реалии, от которых никуда не денешься… Здесь иной образ жизни“.
Сейчас Всеволод Михайлович живет в Брисбене и продолжает поддерживать связь с многочисленными родственниками, друзьями и бывшими сотрудниками по всему свету: „Друзей у меня до сих пор много. Звоним друг другу, по скайпу общаемся. Иногда я чувствую, что вовсе и не в далекой Австралии живу — интернет, новости, все контакты под рукой“.
Также, в свободное время Всеволод Михайлович пишет статьи и изучает семейную родословную.

**

Жизнь после иммиграции у наших соотечественников уже никогда не будет прежней. С чем-то придется расстаться. Но в то же время, непременно появятся и новые возможности. Вопрос в том, стоила ли эта новая жизнь прежних потерь? Для каждого ответ свой.


Ваш комментарий