Russian newspaper in Australia
Русская газета в Австралии. Издаётся с 1950 года

Портрет консула Геденштрома … без фотопортрета

В начале апреля 1908г., вскоре после приезда четы Геденштромов в Мельбурн, в светской хронике газеты «Punch» появилась следующая заметка – «Россия представлена в Мельбурне новым консулом. Его фамилия Геденштром и он просто прелесть. Крепкий, статный, красивый мужчина с короткой стрижкой, имеющий удивительное сходство с Наполеоном…

Г-н Геденштром и его жена свободно говорят по-английски. Новый консул куртуазен, обладает хорошими манерами и говорит комплименты. Супруги находятся еще на романтической стадии своего брака - они женаты всего четыре года… Сам консул отчаянный игрок в бридж и признанный эксперт в этой игре. Они сняли большой дом на Санкт-Килда Роуд, и даты зимних партий в бридж уже расписаны».

К сожалению, это единственное описание облика консула, которым мы располагаем. До сих пор, несмотря на кропотливые поиски, не удалось обнаружить ни одной его фотографии! Случайность ли это или, быть может, желание человека, неоднократно в своей карьере выполнявшего секретные задания правительства, не оставлять следов?

Потомок выходца из Швеции, перебравшегося в Россию еще в XVII веке, Матвей Матвеевич фон Геденштром родился 12 декабря (ст.ст.) 1858г. в Одессе, в семье ротмистра и тоже Матвея Матвеевича. Дедом консула был знаменитый российский исследователь Севера Сибири и тоже Матвей Матвеевич фон Геденштром (Mаthiаs von Hedenström, 1780–1845). Служа в Ревельской (Таллиннской) таможне, дедушка попал под суд по делу о контрабанде и был выслан в Сибирь. Там он сумел проявить себя человеком знающим и энергичным и в 1808г. получил задание возглавить экспедицию по съёмке побережья Северного Ледовитого океана. События этой экспедиции легли в основу культового советского фильма «Земля Санникова»…

А внук после окончания в 1882г. юридического факультета Киевского университета поступает на службу в Киевскую судебную палату, правда, уже на следующий год увольняется оттуда по собственному желанию. Вскоре его следы обнаруживаются в Париже, а в конце 1886г. – на острове Суматра, в области Ачех. В отличии от дедушки-полярника, будущий консул предпочитал исследовать тропические страны… На севере Суматры он оказался по рекомендации Парижского географического коммерческого общества, поддержанной морским министром Франции, «для исследований». В это время там шла война голландцев с войсками султана Мухаммада III. Незадолго до приезда Геденштрома туземцы убили двух французских инженеров, пытавшихся попасть в его владения. Уже будучи в Австралии, в интервью новозеландской газете «Аdventurous Explorers», консул рассказал, что он стал первым европейцем, который сумел проникнуть вглубь Ачеха, и что открыл там богатое месторождение россыпного золота. В экспедиции с ним было еще 120 носильщиков из числа местных жителей, и на вопрос корреспондента «не страшно ли было?» барон с улыбкой ответил: «У меня не было неприятностей. С ачехами воевали голландцы, а они знали, что я не голландец»... Но «когда я девятнадцать месяцев провел в экспедиции, вдали от поселка, то по возвращении узнал, что голландское правительство признало меня погибшим, а их священник уже отслужил мессу за упокой моей души».

Возвратившись в Россию, Геденштром в 1892г. вновь поступил в министерство внутренних дел и, по следам деда, попал в Сибирь… Сначала он – чиновник по особым поручениям при томском генерал-губернаторе. Кстати, его дедушка-исследователь умер в деревне Хайдукова, что близ Томска... Затем был перевод в Благовещенск, где он управляет канцелярией губернатора Амурской области. В 1900г. Геденштром неожиданно подает прошение о переводе в МИД. Бывший начальник, томский губернатор Г.А.Тобизен, поддержал его своим рекомендательным письмом и охарактеризовал как «человека выдающихся способностей… по своим личным и служебным качествам... умного, воспитанного, знающего несколько иностранных языков, осторожного в деловых сношениях».

В 1900г. Геденштром получает свое первое зарубежное назначение - вице-консулом в японский Хакодате. Так случилось, что к новому месту службы он ехал в транссибирском экспрессе вместе с вновь назначенным российским посланником в Японии А.П.Извольским и первым секретарем миссии С.А.Поклевским-Козеллом. Их попутчиком был Э.П.Демидов, впоследствии последний посланник Российской империи в Греции, который ехал на Камчатку охотиться. В своей книге «А shooting trip to Kаmchаtkа» (Лондон, 1904г.) Э.П.Демидов пишет, что рассказы Геденштрома об охоте в Приамурье «помогли скрасить наши долгие неподвижные часы в поезде, а его острое чувство юмора совмещенное с красочным воображением, оказались большой находкой для нашей маленькой компании».

Видимо, уже на Хакодате Геденштром начал выполнять секретные задания МИД и военно-морского ведомства России. Задачей Геденштрома было наблюдение за японскими военными приготовлениями и японским рыболовством в российских водах. Однако помимо секретных донесений он публиковал свои обзоры и в открытых источниках. Так в 1903г. бюллетень Парижского географического коммерческого общества поместил его сообщение о рыбном промысле японцев у берегов России и продаже рыбы в Японию. Российский этнограф, писатель и путешественник польского происхождения В.Л.Серошевский, которому Геденштром помогал с организацией экспедиции на Хоккайдо, писал в 1903г. из Нагасаки в Петербург вице-президенту Императорского русского географического общества П.П.Семенову-Тян-Шанскому: «Нельзя ли … устроить М.М.Геденштрому вызов в Петербург для доклада о японско-русской рыбопромышленности. Матвей Матвеевич мечтает об этом, он дельный, умный, талантливый человек, знает говорить по-японски и несколько лет уже живет в Хакодате, этом боевом русско-японском пункте. Он правда может рассказать много интересного о складывающихся теперь новых русско-японских отношениях. Он оказал мне и вообще оказывает всяким ученым исследователям большую и сердечную поддержку».

Период его службы в Хакодате упоминается и в романе В.Пикуля «Богатство». В преддверии визита в 1903г. в Японию русского военного министра А.Н.Куропаткина персонаж этой книги, русский консул Геденштром, говорит - «Куропаткин приедет, но японцы перехитрят его, как глупого мальчика... Я-то знаю, что с западного фасада Японии убраны все мощные батареи, а в крепостях, которые посетит генерал, собрана музейная заваль. Отличные войска спрятаны внутри страны, Куропаткину покажут хилых солдат запаса, вооруженных допотопными кремниевыми ружьями. Весь броненосный флот Японии заранее выведен в океан и не покажется у берегов, пока наш министр отсюда не уберется...»

В апреле 1903г. Геденштром временно исполнял обязанности русского консула в Сингапуре, а уже в июне 1904г. был направлен в порты Красного моря для участия в «профилактических мерах по линии МИДа». С началом русско-японской войны необходимо было обеспечить безопасный проход кораблей русской эскадры через Суэцкий канал и Красное море на Дальний Восток. Затем была недолгая служба консулом на Мальте, а далее - перевод в Мельбурн.

Всего за полтора года работы в Австралии Геденштром написал более 2000 листов рукописных донесений, из которых четыре нижеследующих представляют собой полноценные тематические очерки: «О международном положении Австралии» (июль 1908г.), «Об экономическом и политическом положении Австралии» (декабрь 1908г.), «О настроении общественного мнения Австралии в виду военно-морских вооружений Германии» (август 1909г.) и «О движении социализма в Австралии» (сентябрь 1909г.). В них Геденштром пытается спрогнозировать перспективы внутриполитического развития Австралии, определить ее место в современном мире. Главную свою задачу он видел в том, чтобы помочь русскому правительству «выяснить какую ценность и величину может представлять Австралия в глазах европейских и некоторых других государств», «какую величину она может представлять из себя… в будущем». Он высоко оценивал степень экономического развития страны и уровень жизни ее белого населения. Белые австралийцы, пишет консул «живут в таком достатке, которому могло бы позавидовать любое из европейских государств», а «страна… производит в настоящее время все то, что необходимо для процветания промышленности согласно последнему слову науки». В целом Геденштром верно уловил и эволюцию внешнеполитического положения Австралийского Союза – а именно движение по пути обретения полного суверенитета. Он указывал «на ту фактическую независимость, которою пользуется Австралийская федерация», на то, «насколько слабы связи, соединяющие ее с метрополией» в конституционном отношении. Писал о «соревнованиях», которые «может возбудить это новое государство» с другими государствами мира, и предрекал значительную роль, которую Австралия «призвана играть, быть может, не в очень отдаленном будущем». Он первым сообщил в Петербург об изменении в лучшую сторону отношения Австралии к России. Если до русско-японской войны царскую империю на антиподах традиционно рассматривали как главного соперника Великобритании, а потому и врага Австралии, то после это поражения России в этой войне главную опасность австралийцы стали видеть в Японии и Германии.  Воззрения консула, впрочем, были достаточно консервативны. Он выражал крайнее неприятие социальной политики австралийских лейбористов, резко критиковал чрезмерное, по его мнению, влияние профсоюзов и социалистических элементов в общественной жизни и считал, что цветущее состояние Австралии достигнуто «не благодаря», а, скорее, «несмотря на социалистов».

В Австралии Геденштром находился вместе с женой, Марией Дмитриевной, урожденной баронессой Стюарт из русской (молдавской) ветви этого шотландского рода. Ее отец, барон Дмитрий Фёдорович Стюарт, был дипломатическим агентом и генеральным консулом России в Бухаресте, а затем директором Государственного и Санкт-Петербургского Главного архива МИД. Во время консульства мужа в Австралии баронесса не сидела без дела: на общественных началах она возглавляла отделение «Альянс Франсез» – общества по распространению французского языка и культуры – в Виктории.

В октябре 1909г. чета Геденштромов отправилась в отпуск на Цейлон, и в Мельбурн они уже не вернулись. В июле 1910г. Геденштром по собственному прошению был освобожден от должности генерального консула в Мельбурне, но остался «состоящим в ведомстве» МИД.

В 1914г. он обнаруживает себя в Ницце, а затем в Милане, где пребывает, видимо, в качестве негласного агента МИД. Геденштром часто бывал в этом городе – там давно жили его мать и сестра. Известно, что в Милане он установил контакт с Бенито Муссолини, который предоставил ему страницы своей газеты «Пополо д’Италия» для публикации пропагандистских статей в пользу отказа Италии от нейтралитета и ее вступления в первую мировую войну на стороне Антанты. В 1915г. через Геденштрома Муссолини предложил русскому правительству профинансировать усиление печатной пропаганды, а также помочь деньгами для организации вооруженной стычки на итало-австрийской границе как возможного повода для вовлечения Италии в войну. Геденштром возвращается в Россию для обсуждения этого предложения в правительственных и военных ведомствах, однако после вступления в конце мая 1915г. Италии в войну предложение Муссолини потеряло свою актуальность.

В 1916г. Геденштром еще находился в Петрограде, а уже, видимо, в августе 1917г. он с женой покинул столицу, чтобы где-то в глубинке пережить революционное время. Как опытный разведчик, он чувствовал опасность политической ситуации и предполагал ее трагическое развитие для людей своего класса. Вскоре были арестованы и погибли братья его жены – вот как описывает их арест Федор Шаляпин в своих воспоминаниях «Маска и душа» (Париж, 1932) - «Почти одновременно с великими князьями арестованы были в Петербурге два моих сердечных друга — бароны Стюарты… Сии Стюарты, правду говоря, не были пролетариями ни но происхождению, ни по жизни, ни по убеждениям, ни по духу. Политикой, однако, не занимались никакой. Но они были бароны… Бароны! Этого было достаточно для того, чтобы их в чем-то заподозрили и арестовали… Зная Стюартов до глубины корней их волос, я всегда и всюду мог поручиться своей собственной головой за полную их невинность. Я отправился на Гороховую улицу в Чека. Долго ходил я туда по их делу…, просил скорее их освободить… На несчастье Стюартов где-то на верхах в то время будто бы решили не применять больше к политическим преступникам смертной казни. Об этом ожидался декрет. И вот, для того, чтобы арестованные и содержимые в тюрьмах не избегли, Боже упаси, смерти, всю тюрьму расстреляли в одну ночь… Так ни по чем погибли мои друзья, братья Стюарты…»

        Нам пока не удалось установить, как и где закончился жизненный путь консула Геденштрома. Единственное, что мы знаем точно – он не погиб в революционной России. В мае 1921г. чета Геденштромов регистрируется в таллиннской гостинице, прибыв туда из Петрограда, а в конце мая они отправляются в эстонское имение Колга, принадлежавшее графу П.М.Стенбоку, генерал-майору русской императорской армии и дальнему родственнику жены консула.

Поиски продолжаются….

 

Читайте также о консуле Геденштроме http://unification.com.au/articles/read/2770/

1 июля в 12 часов дня в Русском клубе Стратфилда состоится встреча с российскими историками А.Массовым, Г.Каневской и историком из Брисбена М.Поллард.

http://unification.com.au/events/346/

Авторы статьи

проф. А.Массов и


Ваш комментарий