Russian newspaper in Australia
Русская газета в Австралии. Издаётся с 1950 года

Рождественские вечера в монастыре святого Саввы

На Рождество я собралась в Детройт — к «святому Савве». Накануне теплая бесснежная зима посетила Нью-Йорк холодом, а за день до моего отлета в Детройт метеослужба пугала горожан обильным снегопадом.

И когда в 6 часов утра я выехала в сторону аэропорта Кеннеди, на дорогах было уже многолюдно — из-за обещанного снегопада горожане боялись опоздать на работу и выехали заранее, как и я, так что лишних 2 часа сидения в аэропорту с видом на взлетно-посадочную полосу мне были обеспечены. В то время в Детройте валил снег, и ко времени посадки наш самолет, как оказалось, в сторону Нью-Йорка еще и не вылетел. И только спустя полтора часа, когда я от скуки поглощала припасенные в полет фисташки, самолет подрулил на посадку. И аккурат к тому времени с неба посыпался, а потом повалил снег, засыпая взлетно-посадочную полосу и все вокруг. Но к тому времени уставшие ждать пассажиры, вслед за экипажем, уже штурмовали самолет, а когда мы расселись, снег уже заметал окна. Голос пилота навзрыд извинялся за неудобства и информировал, что взлетная полоса очень скользкая и спецтехника активно посыпает ее реагентом. Все мы уставились в окна и наблюдали, как спецмашины вместе с реагентом исчезают под снегом, и на слова пилота так и хотелось ответить: «Нет, мы уж лучше подождем». В качестве успокоительного народ достал шоколадки-орешки. Я грызла шоколадку, считала калории и вспоминала, как однажды перед полетом пилот долго рассказывал, почему не взлетает самолет. Сначала описал неисправности, с которыми самолет прилетел, и как их чинили, а теперь его подробно проверяют. В тот момент я сто раз позавидовала тем, кто не понимает по-английски. Я понимающие краснели и бледнели, синели и зеленели. Вообще удивляюсь, как эта полусваренная в середине июльского дня толпа на грани нервного срыва не ринулась к выходу!

Наконец выглянуло солнце, техника зашуршала по полосам. К нам подъехала машина и начала сверху поливать самолет жидкостью оранжевого цвета. Пока «апельсиновый сок» заливал окна, из монастыря меня предупредили, что холод в Детройте собачий, а заодно объяснили, что самолет поливают жидкостью от обледенения. Самолет мягко поскользил по взлетной полосе, оторвался от земли и стал быстро набирать высоту. Аэропорт наконец-то отпустил нас с Богом в Рождество.

6 января. День перед Рождеством

«Святой Савва» встречал меня заснеженным пейзажем и сухим, не похожим на нью-йоркский, морозом. Впервые я приехала сюда три года назад — в канун Введения во храм Пресвятой Богородицы — 4 декабря. Тогда все американские церкви — по новому календарю — уже справили праздник 2 недели назад. Я же не могла остаться без праздника и в поисках его направилась в русский монастырь в честь отца пустынника — преподобного Саввы Освященного. Пятнадцать лет назад американец русско-английского происхождения архимандрит Пахомий (Белкофф), в то время еще отец Джон, а для русских — батюшка Ваня, оставил новокалендарный американский приход и, по благословению тогдашнего Первоиерарха Русской Зарубежной Церкви митрополита Виталия (Устинова) стал подбирать место для устроения русского монастыря — копии Троице-Сергиевой лавры в Средней части Америки, в пригороде Детройта — Харпер-Вудс.

«Монастырь преподобного Саввы Освященного на Святой Земле — одно из моих любимых мест, — рассказывает отец Пахомий. — В честь этого отца пустынника я и решил назвать и свой монастырь. Тогда митрополит Виталий сказал мне молиться каждый день святому, которому я решу посвятить монастырь; молиться каждый день и течение года, пока не получу благословения и ответа свыше — угодно ли мое дело Богу. Помню, тогда я только начинал собирать средства на монастырь, много ездил, останавливался по дороге и у машины служил молебен святому Савве. Ни одного дня в течение года не оставлял молитвы. И преподобный стал нам помогать. У монастыря стали появляться друзья и благотворители — американцы, украинцы, русские, друзья мои и моих родителей».

А моя первая встреча со святым Саввой произошла накануне праздника в честь преподобного — 17 декабря, когда восемь лет назад я приехала на Святую Землю. Не успела распаковать чемодан — поспешила в храм русского Вознесенского монастыря на Елеоне. Первыми словами, которые услышала за вечерней службой, были слова величания святому: «Величаем тя, святой отче наш Савво», — пели сестры. А потом была поездка по пустыне, вверх по горному серпантину в монастырь со строгим пустынным уставом, куда женщинам вход запрещен. Мужчины зашли внутрь поклониться мощам святого, нам же вынесли зеленый чай с щербетом и мощевик со святой главой преподобного Саввы Освященного. У входа в монастырь в честь святого в Харпер-Вудс — часовня с иконой преподобного. Господи, благослови!

Пятнадцать лет назад отец Пахомий нашел в пригороде Детройта обычный дом с прилегающим гаражом. Это было начало, а все другие здания, помолившись, прикупал отдельно: в одном был гараж, в другом — склад, сам их перестраивал в храм и братский корпус, сам переоборудовал.
«Я хотел построить тихую монашескую обитель для пяти-шести иноков — с ежедневными службами. Но я не мог оставить и своих прихожан. Так что у нашего монастыря сама собой сложилась миссионерская направленность, и сейчас в нем один из самых крупных приходов в Мичигане. Мы служим и нашей небольшой монашеской общине, и мирянам — ибо какая польза монаху, если он не будет делиться сокровищами веры с ближними? И мы делимся».

Храм в русском стиле с чудной росписью и старинными иконами отец Пахомий построил тоже сам. Голубые его купола и звонница в теплое время года едва видны из-за буйной мичиганской зелени. Устроил и библиотеку с собранными им со студенческих лет интереснейшими книгами, и музей церковного искусства. Когда настоятель понял, что народу на службы приходит много, то начал проводить лекции по истории Церкви, иконографии и церковной архитектуры. За православными на ленции стали приходить и местные протестанты. Лекции были рассчитаны на 45 минут плюс время на вопросы и ответы, но люди никогда не расходились раньше, чем через два с половиной часа. За это время все успевали проголодаться, для них делали бутерброды, стали собирать деньги, чтобы открыть ресторан. А потом приехал Петр — профессиональный повар и ресторатор. Это настоящее чудо, когда Господь посылает нужного человека в нужное время. Оказалось, что у него давно была мечта устроить собственный небольшой ресторан. Вместе они привели в порядок помещение, где отец Пахомий готовил трапезы для собиравшихся на духовные беседы прихожан. Сначала это был типичный американский церковный зал. За месяц его перекрасили, отделали мрамором «под старину», подобрали старинную антикварную мебель и посуду.

…Канун Рождества — время особое: Рождественский Сочельник. Две красавицы ели отражаются в церковных образах. В монастырском ресторане — белые праздничные скатерти и накрытые для завтрашней праздничной трапезы столы. Несмотря на опускавшийся столбик термометра, народ заполнял храм. Пел смешанный хор. Приходским хором все годы существования обители руководит жена младшего брата отца Пахомия — Эми. Соло звучал голос послушника Романоса — композитора и известного исполнителя христианских песнопений.
Когда в темноте храма, освященном свечами и елочными гирляндами, хор пел колядки, настоятель говорил о рождении Младенца Христа, — метель заметала дороги, но никто не сомневался, что после полуночи воссияет Солнце Правды, и в каждый дом войдет Божественный Младенец, рожденный в тихом Вифлееме.

7 января. Рождество Христово
Наутро снег и ночной ветер затих. Праздничные и сияющие улыбками люди — американцы, русские, болгары, румыны, македонцы заполнили храм.
Если мне доводится бывать с обители святого Саввы на большие праздники, я специально после литургии становлюсь к кресту в самом конце очереди — люблю смотреть, как верующие подходят целовать крест, и отец Пахомий приветствует каждого на его родном языке — английском, русском, румынском, македонском, болгарском, греческом…

За 15 лет монастырский приход вырос. «Ежегодно крещение в монастыре принимают до 20 американцев, — рассказывает отец Пахомий. — В основном это люди от 25 лет до 40, часто семейные пары, которые раньше были или не верующими, или перешли в православие из протестантизма, католицизма и даже иудаизма. Здесь они нашли Бога, в монастырь их привлекает дух святости и истинной близости с Богом. Обитель живет своей жизнью в течение недели и открыта для прихожан по субботам, воскресеньям и большим праздникам. Верующие приходят сюда, как домой. А так как большинство наших прихожан, в том числе и русские, давно живущие на Среднем Западе Америки, говорят по-английски, то мы перешли на английский язык богослужения, но при этом используем и церковнославянский, особенно если за богослужением много русских. Английский для нас — язык миссионерский: мы спасаем души людей, живущих в США, находясь под омофором Русской Зарубежной Церкви. Я служу уже 26 лет, знаком с разными юрисдикциями в Америке и могу сказать, что серьезные новообращенные собираются под покров РПЦЗ, потому что именно здесь как можно более неизменными со времен Христа сохраняются нравственный облик и церковные традиции».

После праздничной литургии насельники монастыря и прихожане собрались в ресторане напротив храма. В этом году отец Пахомий купил для всех хлопушки, и английская традиция один в один совпала с русскими забавами моего детства: на новый год хлопушки у нас «взрывались» на каждом новогоднем празднике, осыпая детвору разноцветным конфетти. Содержание американских хлопушек оказалось другим: когда их со смехом потянули, из них выскочили разноцветные короны, и в этот день каждый смог стать принцессой или королем. А еще после литургии пришел почтальон и принес все специально выбранные и заказанные наместником для своей братии подарки. Наступил вечер, и когда верующий люд уже покинул стены обители, наступила очередь одарить подарками каждого насельника обители.

8 января. День рабочий, ресторанный
В ресторан я пришла к 9-ти часам утра. Люблю тишину в монастыре, когда нет еще ни только прихожан, но и помощников, которые придут позже. Но на этот раз я была не первой: в ресторане уже были помощники по кухне и официанты — прихожане монастыря — американцы, многие из которых за богослужениями поют и в хоре. Но первым обычно приходит Петр Болцаровский — настоящий мастер, благодаря которому ресторан появился и живет, обеспечивая монастырь средствами для поддержания и реставрации; благодаря которому ресторан «Царский орел» вошел в число лучших в Большом Детройте и стал известен за пределами США.

«Мы долго думали, как финансово поддерживать наш монастырь, — говорит отец Пахомий. — И обратились к примеру Церкви в России. Когда государство начало отдавать Церкви принадлежавшие ей разрушенные храмы и церковные здания, Церковь приступила к их восстановлению и стала строить гостиницы, а при них — кафе для паломников. Я подумал, что это как раз то, что поможет и нам содержать наш монастырь, вести строительство и реконструкцию».
«Чтобы поддерживать подобающую для монастыря атмосферу, мы открыты для посетителей всего два дня в неделю, — рассказывает Петр. — По вторникам и четвергам в обеденное время мы предлагаем ланч, который называется „русский чай“, после которого в храме отец Пахомий проводит лекцию и беседу с нашими гостями, а по четвергам — ланч днем и вечером обед. В меню — блюда русской, польской, болгарской, французской кухни. Мы также предлагаем специальные блюда от шеф-повара, которые меняются каждую неделю. На Рождество по новому стилю устаиваем специальный праздник с кулинарным путешествием по странам мира. В ресторане существует свой дресс-код: не допускаются юбки выше колен, о чем мы заранее предупреждаем наших гостей, когда они заказывают столики. Запрещено спиртное и курение».
В этот рождественский четверг первыми посетителями ресторана стали гости из Австралии. Сайт ресторана хорошо известен не только в США, и гости страны, как и местные жители, столики заказывают за несколько месяцев вперед.

9—10 января. Монастырь молится ночью
«Когда весь мир спит, монахи в монастырях молятся», — сказал мне когда-то светлой памяти архимандрит Авель, много лет бывший настоятелем русского Пантелеимонова монастыря на Святой Горе Афон. Я всегда об этом вспоминаю, когда оказываюсь в монастырях, куда люблю ездить на большие праздники.

В ночь выпал снег, все вокруг стало белым. В 5 часов утра монастырская братия дружно расчищала снег, и к началу службы монастырь бороздили чистые дорожки — хоть в туфельках выбегай! А вечер вернул меня в Рождество. В ночь в храме началась литургия. Хор отдыхал, и за богослужением пели всего двое — настоятель и послушник — композитор Романос. Романос всю жизнь находится в центре как церковной, так и музыкальной жизни и одинаково любит и церковь, и музыку. С 6 лет он играл на скрипке, к 8 годам мама — иконописец и регент — научила его играть на фортепиано. Окончив Мичиганский университет, Романос стал профессиональным композитором, играл в симфонических оркестрах и регентовал в православном антиохийском храме, где служит его отец. Я всегда удивлялась, как быстро Романос перекладывает свои чувства к Богу на музыку. Сам же он улыбается и объясняет это просто: «Я кладу на музыку слова, которые Господь мне посылает; я благодарю Бога за голос, который Он мне дал — разве я могу принимать похвалу на свой счет?» Имя Романос, в честь святого Романа Сладкопевца, родители дали младенцу по совету их духовного отца, священника из Колорадо. Два года назад Романос пришел в монастырь, и вместе с обычными монастырскими послушаниями, пением за литургиями и вечерними богослужениями, сочиняет музыку, записывает диски.

Обитель святого Саввы — один из примеров того, как находит реализацию талант каждого, кто здесь живет, как органично существуют в пределах монастыря вера и красота. Та самая красота, которую имел в виду Достоевский, когда говорил, что «красота спасет мир».
«Всем, кто приходит сюда, я не перестаю напоминать цель нашего монастыря — привести его обитателей и всех, кто сюда приходит, к Богу, вернуть в рай, где человек жил до падения, вернуть к полному единству с Богом, — говорит отец Пахомий. — Неслучайно в греческом языке слова „красота“ и „истина“ обозначает одно и то же слово. Христос — это истина, Христос — это красота».

Зима в монастыре имеет свое очарование. Монастырь — это один большой сад. Каждый сезон здесь выглядит по-своему. Отец Пахомий — не только богослов, талантливый строитель, резчик, иконописец, но и не менее талантливый и трудолюбивый садовод. Летом с 4–5 утра он уже работает в саду, создает ландшафт так, что со сменой времени года меняется растительность, и окрас монастырской территории меняется от сочного весеннего до более глубокого летнего разноцветия, которое переходит в желто-оранжевые всполохи осени. И это еще одна достопримечательность, взглянуть на которую сюда приезжают и местные жители, и люди из других стран. Но зимой, когда все вокруг бело, цвета и ароматы растений не отвлекают, можно в подробностях разглядеть и мозаику у входа в храм, иконы и росписи, и изображенные на входной двери в церковь сцены жизни Спасителя в уникальной резьбе из Южной Америки, и мозаичную Богородицу в греческом стиле, и подольше можно задержаться в монастырской лавке. Можно остановиться и приглядеться к монастырским воротам — тем самым, которые своими руками смастерил Патриарх Тихон в бытность епископом Алеутским и Северо-Американским.
«
Несколько лет назад, когда монастырь находился в юрисдикции Болгарской Православной Церкви, обитель посетил глава Болгарской архиепископии в США митрополит Иосиф, — рассказывает архимандрит Пахомий. — Приехал и, стоя на тротуаре у входа в монастырь, спросил: «Отец Пахомий, вы все это построили? Кто помогает вам строить? « — „Владыка, пара человек помогает“, — отвечал я.
„Нет, мне нужно в этом разобраться“, — отвечал митрополит. Он ходил взад и вперед, а на следующее утро после литургии сказал: „Я думал всю ночь, как может быть, что за эти годы отец Пахомий и еще пара людей построили этот красавец-монастырь? И Господь сказал мне точно, как это случилось. Когда отец Пахомий шел спать, ангелы брали в руки рабочие инструменты и заканчивали его работу до того времени, как он просыпался. Потом они скрывались, и настоятель уже окончательно завершал работу. Отец Пахомий до сих пор думает, что это он построил монастырь, а на самом деле это сделали ангелы“.

Митрополит открыл нам очень глубокую истину, потому что „если Господь не созиждет дом, напрасно трудятся строящие его“. Мы можем много трудиться для того, чтобы построить счастливый дом и обезопасить свою жизнь, но наша работа будет напрасна, если мы не живем с Богом, без благословения которого наши счастливые дома становятся жалкими. Мы желаем жить в мире и спокойствии, но нередко забываем, что мир и защищенность приходят от Бога, а не от страховки, не от большого количества денег в банке и не от выгодной работы».

…Ночная метель к утру стихла. Самолет взял курс в святые дни Светлого Рождества. Всю дорогу к шумному Городу Большого Яблока я вглядывалась в небесную лазурь с твердой верой на небесных наших помощников и охранителей.

Харпер-Вудс — Нью-Йорк
Фото автора


1 comment