Russian newspaper in Australia
Русская газета в Австралии. Издаётся с 1950 года

Человек мира без границ

Памяти Николая Мишутушкина. Если перефразировать Пушкина, то вновь я посетила тот уголок земли, где прошла большая часть моей жизни… Брисбен - сюда мы с мужем только что вернулись после двухлетнего пребывания в Англии. Войдя в свою квартиру, взгляд остановился на давно приобретенном рисунке Алоиса Пилиоко – художника-примитивиста из страны Вануату. Когда-то он привлек меня своей элегантной простотой, выразительной легкостью линий и радостной, первобытной энергией.И безумно захотелось его купить…

В ноябре 2002г. из Сиднея я отправилась в круиз по близлежащим островам.  Следующим и последним портом после Нумеа была вануатская столица Порт-Вила.  Рассматривая в каюте туристические брошюрки о ней, я обратила внимание на рекламу магазина двух художников - «Michoutouchkine & Pilioko».  Подумала тогда – «Надо же, и сюда наших занесло… Наверно господа из новых русских…  Правда один должно быть хохол - Пилиоко или Пилиглаз вполне украинская фамилия».  Про себя решила, что нужно будет обязательно туда зайти...  Однако была суббота – в знойной и влажной Виле все магазины были уже закрыты.  Витрина магазина «русских» поразила тем, что там были выставлены яркие, расписанные одежды, резные фигурки из дерева, редкие вещицы, какие-то обрывки газет и … «мой рисунок».  В общем не сетевой магазин и это запомнилось...

В следующий раз я оказалась на Вануату в 2004г. и, помня о «русских» художниках, сразу направилась к ним.  Магазин был открыт, и я вошла.  Внутри царило буйство красок, повсюду лежали расписанные яркими цветами платья, рубашки, брюки, салфетки, на стенах висели картины.  Я стала все это рассматривать, как вдруг из-за вешалки вылез невысокого роста человечек – одетый во все это яркое, кругленький и лысенький...  Он почему-то по-французски поздоровался и спросил, что мне здесь хочется купить, а я также по-французски сказала, что вот этот рисунок Пилиоко 1977 года...  «Это не продается, но у вас хороший вкус, дорогая» – ответил толстячок. Уже не помню, как мы перешли на русский, но просидела я в магазине допоздна...  В тот вечер в Виле праздновался день независимости страны и был большой светский раут, на который Николай Николаевич Мишутушкин (так звали моего нового знакомого) меня потащил...  А вечером, придя в гостиницу, мне передали пакет, развернув который я увидела «Подружек»…

Так мы познакомились с известным художником, уроженцем Франции, человеком мира без границ, большую части жизни прожившим в Океании – Николаем Николаевичем Мишутушкиным.  После той поездки мы с ним стали друзьями, почти что родственниками. Обнаружилось, что у нас очень близкие казачьи корни – у него Терские, а у меня Кубанские...  А Алой Пилиоко оказался вовсе не украинцем, а полинезийцем с острова Валлис, что в южной части Тихого океана.  В усадьбе Алоя и Николая на океанской стороне дороги в деревню Панго стоит их сказочный и гостеприимный дом, в котором русский дух перемешивается с духом Океании, и в котором потом было столько интересных встреч и застолий…

 

Через некоторое время мы придумали и сделали проект памятника русскому адмиралу В.Головнину, который в 1809г. посетил остров Тана, входящий в состав современной Республики Вануату.  Памятник был сделан народным художником России Николаем Александровичем Селивановым совместно с сыном, заслуженным художником России, Василием Селивановым.  В связи с этим Николай с Алоем стали чаще бывать в Брисбене и мы вместе путешествовали – по Австралии, России, Франции, Англии...  Когда планировали очередной совместный «поход», Мишу (так его называли на Вануату) всегда просил меня его разрабатывать и заказывать билеты. За это он прозвал меня «норкой», которая всегда найдет что-нибудь хорошее...  Звонил и говорил «Маринелла, ты еще не спишь?»...  Из-за дороговизны звонков в Вилу пришлось Николая приладить к компьютеру.  Надо сказать, что он быстро научился пользоваться электронной почтой, а потом и скайпом и мы подолгу болтали – он, сидя в своем берендеево-тропическом царстве на берегу залива в Виле (и я слышала шум морского прибоя), а я в своей брисбенской квартире.

B ноябре 2009г. мы вернулись из большого путешествия по Европе.  Теперь я понимаю, что он чувствовал конец и хотел лично попрощаться со многими из своих друзей, в том числе с Михаилом Шемякиным.  А в мае 2010 г. Мишу вдруг решил оперироваться...  Позвонил как-то и спросил, знаю ли я хорошего хирурга в Брисбене...  Я стала узнавать, но уже через пару дней он позвонил из клиники в Нумеа и сказал, что операция завтра...  Она прошла успешно, и мы разговаривали по телефону из его больничной палаты, но еще через пару дней наш общий друг Юрис Гулбис сообщил, что Николая Николаевича больше нет...

Прошло уже более 3-х лет со дня его смерти, но, как ни странно, мне очень не хватает этого в общем-то чужого человека. И очень часто, когда я смотрю на небо, мне видится летающий в своих разноцветных одеждах Мишу - совсем как на картинах Марка Шагала...


1 comment